Легенда о хризантемах

До сих пор спорят о том, Китай или Япония родина хризантем? В обеих странах любят и разводят эти цветы. Но вот что сохранила нам одна легенда.

Когда-то, много веков назад, правил в Китае могучий император. Ничего на свете он не боялся, кроме старости и только об одном думал: править и жить как можно дольше. И вот призвал он своего главного лекаря и приказал приготовить снадобье, которое продлило бы его молодость.

Хитрый лекарь низко склонился перед императором: – О, могучий повелитель, – промолвил он. – Я мог бы приготовить такой эликсир, но для этого надо достать чудесные цветы, которые растут на востоке, на далеких островах…

– Я прикажу немедля доставить те цветы! – вскричал император.

– Ах, если бы это было так просто, – вздохнул лекарь. – Весь секрет в том, что сорвать их должен человек с чистым сердцем – только тогда растение даст свою чудесную силу…

Задумался император: знал, что ни он сам, ни его придворные не годятся для того, чтобы выполнить это условие. И тогда решил он отправить на острова 300 юношей и 300 девушек: уж наверняка среди них найдётся немало людей с чистым сердцем!

Так и сделали – снарядили много кораблей и отправили их во главе с императорским лекаpeм к островам – туда, где теперь находится Япония. На одном из них нашли они прекрасный цветок – хризантему и не могли налюбоваться ею!

– Не знаю, годится ли этот цветок для эликсира, – воскликнул лекарь, – но, без сомнения, он радует сердце и молодит душу!

Мудрый лекарь xopoшo знал коварный и жестокий нрав своего императора. “Наверняка, – размышлял он, – император подумает, что я и мои спутники первыми попробовали эликсир, и прикажет всех нас казнить, как только получит снадобье”. И тогда все решили не возвращаться обратно. Они остались жить на островах и основали там новое государство. Неизвестно, приготовили они чудесный эликсир или нет, но хризантема стала для них любимым цветком…

Источник: https://www.florets.ru

Хризантема

Фото: Олег Болсунов. “Хризантема”

Прут и Говерла

Это, пожалуй, самая известная легенда Карпат.

В одном карпатском селе жил парень, которого прозвали Прут.
Как-то заработался он в горах и решил не идти домой, а заночевать прямо в лесу. Нашел он себе высокую стройную ель и расположился под ней. И приснился ему странный сон – будто пришла к нему красивая девушка, вся в зеленом. Девушка гладила его по волосам и пела песню. Но, только парень протянул к ней руку, она тут же исчезла. Проснулся он, а вокруг никого. Заметил только на ветке зеленую ленту.
Запала девушка ему в душу, и решил он ее найти.

Следующим вечером он опять устроился под той же елью, но не спал. Уже стемнело, и он увидел, как из-под земли появилась та девушка и пошла прямо к тому месту, где спрятался Прут. Только подошла она к дереву, как парень выскочил и обнял ее. Он спросил, как ее зовут. Она сначала испуганно смотрела на него, но потом улыбнулась и сказала: – Говерла.

Полюбил Прут Говерлу. Эта любовь была искренней, радостной для обоих. Но Говерла была Дочкой Царя Гор и не могла, просто не имела права любить простого парня. Но любовь нельзя спрятать от людских глаз.
Узнал про это Царь. Запретил Говерле выходить на свидание к Пруту. Но сила любви была выше запрета отца и Говерла тайком убежала в горы к Пруту.
Но узнал об этом Царь и разгневался.  Пошел он к колдуну и велел ему спрятать  Говерлу. Утром проснулись люди и увидели среди гор новую вершину, покрытую снегом, будто белой шапкой.

Это была Говерла, которую колдун превратил в горную вершину.

Долго искал Прут Говерлу, встретил в горах старого деда. Тот сказал ему: “Если хочешь видеться с Говерлой, то нужно идти на восток на вершину горы и горная вершина снова станет твоей любимой”. Но успеть нужно до восхода солнца.
И пошел Прут. Продирался сквозь чащу, мочил ноги в горных потоках. Вот и солнце восходит, а Прут не успевает взойти на вершину. Сел он под ель и горько заплакал. Вот с этого места, где он плакал, потекла вниз речка, которая веками обнимает гору.

/ Прут и Говерла / Легенда /

Быть собой. Легенда о композиторе Гершвине

Притча. Быть собой

Однажды, великий композитор Ирвинг Берлин услышал музыку только начинающего композитора Джорджа Гершвина. На него она произвела очень сильное впечатление. Настолько сильное, что Берлин предложил Гершвину должность своего музыкального секретаря с окладом в три раза большим, чем у других.

Гершвин фактически согласился.

– Но не соглашайтесь на эту работу, – сказал Берлин после того, как озвучил свое предложение.
– Почему?
– Потому что если вы согласитесь, то станете второсортным Берлином. А если останетесь самим собой, то возможно, в один прекрасный день вы станете первоклассным Гершвином.

И Гершвин отказался стать музыкальным секретарем Ирвинга Берлина.
Спустя время, Джордж Гершвин стал великим американским композитором.

Легенда об ирисе

Легенда о цветах

Когда титан Прометей похитил на Олимпе небесный огонь и подарил его людям, на земле вспыхнула дивным семицветием радуга – так велика была радость всего живого на свете. Уже и закат отгорел, и день угас, и солнце ушло, а радуга по-прежнему светилась над миром, даруя людям надежду. Она не гасла до самого рассвета. И когда утром снова вернулось на свое место солнце, там, где горела и переливалась красками волшебная радуга, расцвели ирисы…

Свое название цветок получил из рук знаменитого целителя Гиппократа, который дал имя растению в честь древнегреческой богини Ириды, провозглашающей людям волю олимпийских богов. Богиня Ирида сходила по радуге на землю, поэтому слово “Ирис” в переводе с греческого означает радуга. Карл Линней, который предложил единую систему научных названий растений, сохранил за ирисом его древнее имя.

Ирис
Ирис

Фото: Пасичная Марина

Легенда. Мы влюбились

Легенда. Мы влюбились

Так, – подвёл итог Разум, – мы влюбились. Это прекрасно, но кого мне за это благодарить?
– Нас, конечно, – сказали Глаза, – мы ее первые увидели!
– Ха, – сказали Уши, – по-вашему, был бы он слепой – не влюбился бы? Нееет, это именно через нас он услышал нежный голос!
– Дураки, все дело в феромонах или как их там! – хмыкнул Нос. – Современная химия доказала, что именно через запах…
– А зато мы ее первые потрогали! – перебили Руки.
– А не будь нас, он бы попросту не смог к ней подойти, – важно заключили Ноги.
– А ты что в это время делало? – обернулся Разум к Сердцу. Оно покраснело:
– А я… да ничего… я так растерялось…
И Разум улыбнулся 🙂

Легенда. Маянский календарь

(Почти серьезно)

И наступил декабрь 2012 года…
И появился в небе астероид.
И стал он падать на Землю.

И воцарилась на Земле паника: наступает конец света по ацтекскому календарю.

И упал астероид на каменный календарь ацтеков. И была пыль. И была ударная волна. А когда пыль рассеялась, на месте разрушенного календаря стоял новый календарь ацтеков, до 32118 года. И рядом лежал другой камень, поменьше.

И была на нем надпись: ” Следующий календарь будет послан на планету точно в день завершения старого календаря, спасибо за использование наших каменных календарей!

(С) Д. Мансуров. (Журнал “Колесо жизни”)


Легенда о васильках

Однажды небо упрекнуло ниву в неблагодарности:

– Все, что населяет землю, благодарит меня. Птицы посылают мне пение, цветы – благоухание и цвет, леса – таинственный шепот, и только ты не выражаешь признательности, хотя не кто иной, а именно я наполняю корни злаков дождевой водой и заставляю вызревать колосья.

– Я тебе благодарна, – отвечала нива. – Я украшаю пашню вечно волнующейся зеленью, а осенью покрываю ее золотом. По-другому я не умею выразить своей благодарности. Помоги мне. Подскажи, что сделать и я буду осыпать тебя ласками и говорить о любви.

– Хорошо, – согласилось небо, – если ты не можешь подняться ко мне, так я сойду к тебе.

Мгновенно случилось чудо, среди колосьев выросли великолепные синие цветы, схожие цветом со знойным небом. С тех пор колосья хлебных злаков при каждом дуновении ветерка склоняются к посланцам неба – василькам и шепчут им нежные слова.

Легенды о цветах. Васильки.

Историческая легенда. “Сотвори себя заново”

Историческая легенда

В 1831 году молодая женщина, именуемая Авророй Дюпен Дюдеван, оставила своего мужа и семью в провинции и переселилась в Париж. Она хотела быть писателем; брак воспринимался ею как заточение в тюрьме, поскольку не оставлял ей ни времени, ни свободы на то, чтобы  следовать своей страсти.

В Париже она надеялась обрести независимость и зарабатывать на жизнь литературным трудом. Вскоре после прибытия в столицу Дюдеван, однако, столкнулась с жесткой реальностью.  Для  того   чтобы   обладать   определенным уровнем свободы в Париже, нужны были деньги. Для женщины единственными способом получить деньги были замужество или проституция.

Ни одна женщина в то время даже не помышляла о писательском труде как источнике существования. Женщины писали для развлечения, находясь на иждивении   у   своих   мужей   или   тратя   полученное наследство.   Так   что   принеся   свое первое сочинение редактору, Дюдеван услышала назидательное: «Вам следует заниматься детьми, мадам, а не литературой”.

Очевидно, мадам Дюдеван приехала в Париж,   чтобы   добиться   невероятного.   И   в конце концов ей пришлось прибегнуть к стратегии, которую до нее не использовала ни одна женщина. Эта стратегия заключалась в том, чтобы сотворить себя полностью заново, собственноручно создать себе в обществе совершенно иное реноме.

Женщины-литераторы до нее вынуждены были принимать на себя навязанную обществом роль — роль второстепенного художника, создающего определенного жанра литературу для других  женщин. Дюдеван решила,  что уж если предстоит играть, то она поменяет правила игры: она выбрала для себя мужскую роль.

В 1832 году издатель принял “Индиану” первый крупный роман Дюдеван. Она захотела,   чтобы   он   вышел   в   свет,   подписанным псевдонимом   “Жорж   Санд”,   так   что   весь Париж  был  уверен,  что  книга  принадлежит перу мужчины.

Дюдеван любила  иногда надевать   мужскую   одежду   даже   до   появления «Жоржа Санда»   (она   всегда   находила,   что мужские рубашки и бриджи для верховой ездыi гораздо удобнее); теперь, став фигурой oбщественно значимой,  она усилила и заострила образ. Она дополнила свой гардероб длинными мужскими пальто, серыми шляпами, грубоватыми башмаками и галстуками в стиле денди. Она курила сигары, во время беседы держалась по-мужски, не стесняясь лидировать  в разговоре и даже употребить сочное словцо.

Странный   писатель   «женщина-мужчина» поразил  публику.  В  отличие от других женщин-сочинителей Жорж Санд была принята в замкнутый   мирок   художников-мужчин.   Они пила  и курила с ними, у нее были  романы с известнейшими художниками Европы — Мюссе, Листом, Шопеном. Она сама выбирала их и сама бросала, оставляя это на собственное усмотрение.

Те, кто хорошо знал Санд, прекрасно понимали,  что  ее  мужской  облик   был   не  чем иным, как способом защитить себя от алчных, любопытных глаз публики. На людях ей нравилось играть роль эксцентричной особы, в приватной обстановке она становилась собой. Она понимала также и то, что персонаж «Жорж Санд» грозит сделаться предсказуемым и стабильным. Чтобы избежать этого,   она   время   от   времени резко изменяла характер созданного ею образа. Вместо того чтобы вступать в новые любовные интриги со знаменитостями, она занялась политикой, возглавляла демонстрации, инспирировала студенческие волнения. Никто в целом мире не смог бы предугадать границы создаваемого ею образa.

Прошло много лет после ее смерти, и люди давно уже перестали читать ее романы, но театральность образа, какого не могла создать сама жизнь, продолжает волновать и вдохновлять.

Легенда. Рука судьбы

Легенда. Рука судьбы

Дзен-буддийская мудрость

Великий японский воитель Нобунага решил однажды атаковать врага, который десятикратно превосходил числом его солдат.  Он знал, что победит, но солдаты его уверены не были. В дороге он остановился у синтоистского храма и сказал:

– Когда я выйду из храма, то брошу монету. Выпадет герб – мы победим, выпадет цифра – проиграем сражение.

Нобунага вошел в храм и стал безмолвно молиться. Затем, выйдя из храма, бросил монету. Выпал герб. Солдаты так неистово ринулись в бой, что легко одолели врага.
– Ничего не изменить, когда действует рука судьбы, – сказал ему адъютант после сражения.

– Верно, не изменить, – подтвердил Нобунага, показывая ему монету с гербами на обеих сторонах.

Легенда. Невозможно обмануть простака

Легенда. Невозможно обмануть простака

Джозеф Дювин славился умением заранее досконально изучать свои жертвы и своих клиентов,   получать   представление   об   их слабостях и мельчайших особенностях их вкуса еще до встречи с ними. Тяжелые обстоятельства вынудили его пренебречь этой тактикой в случае с Генри Фордом. Ему потребовались месяцы, чтобы полностью оправиться от этого удара — как морального, так и материального. Форд был непритязательный простой человек, ради которого не стоило затевать дело. Он был воплощением того буквально и прямолинейно мыслящего простака, у которого не хватает воображения даже на то, чтобы его можно обмануть. С тех пор Дювин тратил усилия только на таких клиентов, как Меллоны и Морганы мира сего, — людей достаточно хитрых и искушенных для того, чтобы попасться в его силки.

Год 1920-й был особенно неудачным для американских торговцев произведениями искусства. Крупные покупатели — поколение баронов преступного мира прошедшего столетия, — подойдя к определенному возрастному рубежу, умирали как мухи, а новые банкиры не спешили занимать их место. Дела обстояли так скверно, что несколько самых крупных профессионалов решили объе­диниться — неслыханное событие, поскольку в обычное время люди этого ремесла ладят, как кошки с собаками.

Джозеф Дювин, продававший картины богатейшим дельцам Америки, страдал в тот год больше других своих коллег, поэтому решил присоединиться к союзу. В группу входили уже пять крупнейших торговцев страны. Озираясь в поисках нового клиента, они решили, что их последней надеждой может стать Генри Форд, в то время самый богатый че­ловек страны. Форду еще только предстоя­ло познакомиться с рынком произведений искусства, и цель была такой крупной, что имело смысл обрабатывать его сообща.

Было решено составить список “100 величайших живописных полотен мира» (все

они по счастливой случайности имелись на рынке) и предложить некоторые из них Форду. Даже сделав одну покупку, он уже поставил бы себя наравне с крупнейшими коллекционерами. “Консорциум» работал неделями и произвел на свет великолепное произведение: три тома с изумительными репродукциями и серьезными искусствоведческими комментариями к каждой картине. Следующим шагом был визит в дом Форда в Ли.|борне, штат Мичиган. Простота убранства дома удивила торговцев: мистер Форд был, похоже, совершенно безразличен к внешним эффектам.

Форд принял их в кабинете. Он просмотрел книги с восхищением и восторгом. Обнадеженные торговцы уже представляли мил­лионы долларов, которые хлынут вскоре в их сейфы. Однако Форд, закончив знакомиться с книгами, произнес:  «Джентльмены,  такое прекрасное  издание  с  такими  прекрасными цветными   иллюстрациями   стоит,   должно быть,   чертовски   дорого!»   —   «Но,   мистер Форд! — воскликнул Дювин. — Мы не предполагаем, что вы купите эти книги. Мы их из­готовили специально, чтобы показать вам картины.  Эти  книги  —  наш  подарок  вам». Форд   выглядел   озадаченным.   «Джентльме­ны, — сказал он, — это невероятно любезно с вашей стороны, но я просто не представ­ляю, как принять такой великолепный, дорогой подарок от чужих людей». Дювин объяснил Форду, что на репродукциях изображены живописные полотна, оригиналы которых они надеялись продать ему. Форд наконец-то понял. «Но, джентльмены! — воскликнул он. — Зачем мне оригиналы, когда картинки прямо здесь, в книжке, так прекрасны?»

Легенда об Аю Даге (Медведь-горе)

В отдалённые времена на самом берегу моря поселилось стадо огромных зверей. Управлял им вожак — старый и грозный медведь. Однажды возвратились медведи из набега и обнаружили на берегу обломки корабля.

Среди них лежал свёрток. Старый вожак развернул его и увидел маленькую девочку. Девочка стала жить среди медведей.

Шли годы, она росла и превратилась в красивую девушку.

Однажды недалеко от медвежьего логова прибило к берегу челн с молодым красивым юношей. Буря долго носила его челн по волнам, пока не выбросила на крымский берег. Девушка перенесла юношу в укромное место. Много раз приносила она юноше еду и питьё. Юноша рассказывал ей, как живут люди в его родных краях. Девушка пела для него свои любимые песни. И в эти дни вошла пылкая любовь в сердца обоих…

Юноша уже окреп, он смастерил мачту, сделал парус — влюблённые решили покинуть медвежий берег. Вот уже между челном и береговыми скалами легла широкая голубая гладь…

Тут вернулись на берег из далекого похода медведи и не обнаружили девушку. Вожак посмотрел на море и яростно взревел. Он опустил огромную пасть в голубую влагу и с силой стал втягивать воду. Его примеру последовали остальные. Течение увлекало челн обратно к берегу.

И девушка запела. Как только донесся до зверей её голос, они подняли головы от воды и заслушались. Лишь старый вожак продолжал своё дело. Еще глубже погрузил он передние лапы и морду в холодные волны. Бурлило море у его пасти, вливаясь в неё широкими потоками.

Заклинала в песне девушка все силы земные и небесные стать на защиту её первой, чистой любви. Умоляла она старого медведя пощадить юношу. И так горяча была мольба девушки, что страшный зверь перестал тянуть в себя воду. Но не захотел он оставлять берега, продолжал лежать, всматриваясь вдаль, где исчезал челн с существом, к которому он привязался.

И лежит старый медведь на берегу уже тысячи лет. Окаменело его могучее тело. Мощные бока превратились в отвесные пропасти, высокая спина стала вершиной горы, достигающей облаков, голова сделалась острой скалой, густая шерсть обратилась в дремучий лес. Старый вожак-медведь стал Медведь-горою.

Слёзы Нимфы

Легенда

Одна юная нимфа любила спускаться с небес, чтобы поплескаться в тёплых прибрежных водах океана.

Слезы нимфы. Легенда

Однажды на берегу, она увидела красивого юношу, который рыбачил на своей старенькой лодке. Прошло несколько дней,  она вновь захотела увидеть  рыбака,  каждый день выходившего в море, несмотря на жалкий улов. Любопытная нимфа приблизилась к нему и спросила: «Зачем ты каждый день выходишь в море?». Юноша объяснил, что его мать больна и ему необходимы деньги на лекарства, а рыбу он продает на рынке.

Морской деве захотелось помочь рыбаку, и она послала ему богатый улов, который позволил купить дорогие лекарства. Всё, что случилось с юношей, он рассказал матери, и та его немедленно послала к нимфе просить её руки и сердца. Нимфа давно была влюблена, поэтому сразу согласилась. Вскоре у них родился сын, и семья рыбака была счастлива.

Небесный царь прознал об этой истории и велел вернуть нимфу на небеса и заточить её в башне, чтобы не повадно было уходить к людям. Горькие слёзы прекрасной девы лились прямо в океан, попадали в открытые створки раковин и превращались в перламутровые капельки.

Рыбак в отчаянии пришел к тому месту, где он впервые встретил свою любимую, и бросился в море. А там ему вдруг открылась чудная картина. Лучи солнца, проникавшие сквозь толщу воды освещали тысячи сияющих всеми цветами радуги жемчужин, напоминавшие глаза его жены. Тут он услышал голос своей нимфы: «Любимый я не могу вернуться к тебе. Эти сверкающие жемчужины – мои слезы. Возьми их они помогут вырастить тебе нашего сына». Любовь имеет грани! Любовь имеет вкус!

/ Слёзы Нимфы / Легенда / О любви /

Легенда. Погоня за мошенниками

Легенда. Погоня за мошенниками

Многие люди, ставшие жертвой мошенниче­ства, как правило, испытывают унижение от того, что их одурачили, унижение, сме­шанное со смирением. Они получили урок, усвоив, что бесплатных обедов не бывает, и они, по сути, пали жертвой собственной жадности. Некоторые, однако, не хотят глотать эту пилюлю. Отказываясь поразмышлять о своем простосердечии или об алчности, они видят в себе лишь невинных жертв.

В самом конце 1910-х годов несколько крупнейших мошенников Америки объединились в профессиональную организацию со штаб-квартирой   в   Денвере,   штат   Колорадо.   В зимние месяцы они разъезжались по южным штатам, занимаясь своим ремеслом. В 1920 году  Джо  Фьюри,  лидер  организации,  нахо­дился   в   поездке   по   Техасу,   зарабатывая сотни   тысяч   долларов   классическими  мо­шенническими приемами. В Форт-Ворте ом встретил   простака   по   имени   Дж.   Франк Норфлит,   скотовода,   владельца   большого ранчо. Норфлит, соблазненный обещанными жуликом богатствами,  снял  с  банковского счета все, что там было, — 45 тысяч дол­ларов и отдал их Фьюри и его помощникам. Спустя несколько дней они вернули ему его «миллионы»,  которые  на  поверку  оказались «куклой»:   парой   настоящих  долларовых  ку­пюр поверх  толстых  пачек  нарезанной  га­зетной бумаги,

Фьюри и его люди проделывали этот трюк сотни раз, и облапошенный клиент обычно был настолько сражен собственной глупостью, что покорно принимал урок и смирялся с потерей денег. Но Норфлит оказался непохожим на других простаков. Он пошел в полицию, где ему сказали, что дело почти безнадежное. «Тогда я сам найду их, — заявил Норфлит детективам, — пусть даже на это придется потратить остаток жиз­ни». Его жена взяла на себя заботы о ранчо, пока Норфлит разъезжал по стране, разыс­кивая тех, кто, подобно ему, стал жертвой мошенников. Он нашел собрата по несчастью, и сообща они опознали в Сан-Франииско одного из мошенников. Им даже удалось привлечь его к суду. Тот покончил с собой, предпочтя такой исход длительному сроку тюремного заключения.

Норфлит продолжал. Он выследил второго мошенника в Монтане, связал его, как теленка, и протащил по грязным улицам до городской тюрьмы. В поисках Джо Фьюри и его правой руки, В. Б. Спенсера, он путеше­ствовал не только по стране, но и выезжал в Англию, Канаду и Мексику. Обнаружив Спенсера в Монреале, Норфлит побежал за ним по улице. Спенсеру удалось скрыться, но скотовод не потерял следа и поймал его в Солт-Лейк-Сити. Спенсер предпочел строгость закона самосуду Норфлита и явился с повинной.

Норфлит обнаружил Фьюри в городке Лжексонвилл, штат Флорида, и собственно­ручно препроводил его в Техас, где передал в руки правосудия. Но на этом не остановил­ся: он добрался до Денвера, задумав уничто­жить всю организацию. Истратив не толь­ко крупную сумму денег, но еще и один год своей жизни на преследования, он добился того, что все руководители организации попали за решетку. Даже те, кого ему не удалось поймать, были так напуганы, что явились с повинной.

За пять лет охоты Норфлит в одиночку разрушил крупнейшую в стране организацию мошенников. В результате он стал банкро­том, его брак распался, но он умер счастли­вым человеком.

Легенда о водной лилии

Легенда о цветах

Однажды Великий Воин решил оставить знак о  своих умениях и подвигах. Был он невероятно силен и быстр.  Пущенные им стрелы летели быстрее молнии и дальше, чем мог видеть глаз человека. И задумал он запустить стрелу в небо, чтобы она осталась там на века, в память о его ловкости.

– Звезды! – обратился он к небу, – Поймаете ли вы пущенную мною стрелу, чтобы она осталась в небесах в знак моей ловкости и силы?

– Если достанешь до небес, что ж… Поймаем и оставим у себя. – ответили Полярная и Вечерняя звезды.

Великий Воин натянул тетиву изо всех сил, которые у него были и… отпустил стрелу. Она взмыла ввысь, разрезая облака. Увидев это, Полярная и Вечерняя звезды ринулись ее ловить. Они летели почти с такой же скоростью, как и пущенная стрела, не обращая внимание ни на что, кроме своей цели. Рассекая воздух, они мчались к стреле навстречу друг другу… пока не столкнулись… Небо засияло алмазами и искры от столкновения звезд осыпались на землю.

Великий Воин был потрясен увиденным. Но больше всего его впечатлило то, что искры, упавшие в воду, стали распускаться великолепными цветами.

– Да! Я не мог и предвидеть такого исхода событий! – восхищенно воскликнул он, – Цветок – это лучшее, что можно оставить после себя людям в знак памяти.

Водная лилия
Водная лилия

Фото: Болсунов Олег “Водная лилия”

Легенда о плюще

Легенда о цветах

Однажды Мария узнала, что такие цветы, как Плющ, Хризантема, Алоэ и Хлорофитум – являются удивительными очистителями воздуха, и она решила вырастить эти растения в своем садике. Первым у нее появился очень скромный на вид, маленький и неказистый Плющ. В магазине на него никто не обращал внимания, и он был уверен, что никому и никогда не понадобится. Но Мария из всех цветов, продававшихся в магазине в этот день, выбрала именно его. Дома она поставила Плющ на подоконник рядом со старым Фикусом, сиявшим своими темно-зелеными листьями. Рядом с Фикусом маленький Плющ выглядел совсем тщедушным! Но Мария успокоила его: “Милый Плющ, скоро ты перерастешь все цветы. Потерпи немного!” И Плющик от этих ласковых слов набрался сил.

Действительно, с наступлением весны он так быстро стал расти, что и сам себе удивлялся. “Да я просто на глазах меняюсь, вот это чудеса!”- размышлял он радостно. Из хилого невзрачного вьюнка он превратился в изящное растение с раскидистыми изогнутыми стебельками, усеянными веселыми листочками, очень красивыми по форме. Все промежутки между крупными листьями затянулись мелкими. Братцы-листочки были повернуты друг к другу, словно кто-то тщательно разложил из них изумрудную ковровую дорожку. А стебли Плюща все вытягивались и вытягивались и свисали в разные стороны. Плющ мечтал дойти до Азалии, стоявшей на столике возле окна. Да, именно дойти, так как у него были ножки – корешки, с помощью которых он мог передвигаться. Эти корешки располагаются у Плюща у самых оснований листьев на обратной стороне стебля и служат Плющу для быстрого передвижения и роста.

Когда Плющ, наконец, добрался до Азалии, он дотронулся до нее концом своей изумрудной дорожки и сказал радостно: – Уф, наконец-то я добрался до вас, сударыня! Как вы поживаете? Вы прекрасны и так молодо выглядите в ваших новых листочках, что я не могу не выразить вам своего восхищения.

Азалия, совсем недавно скинувшая свой старый зеленый наряд, казалась совсем юной в своем новом нежно-зеленом платьице. Немного смущенная словами доброго Плюща она приветливо ответила: – Милый Плющ, спасибо за добрые слова, но сейчас мне мучительно душно – щедрое солнышко так сильно припекает мои новые нежные листочки! Боюсь, они совсем сгорят, и я не смогу снова расцвести. Но я не хочу отодвинуться от окна, без света я погибну! А вы, милый Плющ, как вы переносите такую жару?

– О, что касается меня, так я очень вынослив, но все же предпочитаю прохладную тень. Кто ее не любит в жару? – ответил Плющ, а затем сочувственно добавил: – Сударыня, мне вас очень жаль, и я постараюсь вам помочь. Пожалуйста, потерпите немного. Я направлю все свои стебельки вверх к потолку и устрою вам и всем остальным цветам замечательную тень, в которой вы сможете отдохнуть от жары!

– Благодарю вас от всего сердца, благородный Плющ. Я, конечно, потерплю, но сможете ли вы поднять свои стебельки так высоко?! Ведь на них столько листочков!

– Постараюсь, у меня сильные мускулы! Я же смог дойти до вас! Когда-то и это казалось мне невозможным, – ответил Плющ и тут же принялся за работу.

Он изо всех сил напрягся и начал поднимать конец стебелька от стола, на котором стояла Азалия, к оконной раме. Это было непросто: Плющ кряхтел, тужился. Крошечные капельки пота появились на стебле и стали стекать на листочки. Наконец, концом стебля Плющу удалось облокотиться о скользкое оконное стекло, и он смог отдышаться. Затем, набравшись сил, Плющ снова зашагал по стеклу. Оконное стекло было гладкое, скользкое, не за что было зацепиться. С каждым шагом Плюща на его стебле появлялся новый листик, который на один шажок удлинял зеленую дорожку, устремленную к потолку. Иногда стебель Плюща срывался и устало падал, но, передохнув минуту, Плющ снова поднимал его. Так, шажок за шажком, листик за листиком Плющ упорно шел к своей цели. К вечеру Плющ устал и не мог уже двинуть ни одной своей ножкой.

Но на другое утро он проснулся раньше всех цветов и с новыми силами принялся за работу. Шаг за шагом, листочек за листочком он упрямо полз по стеклу своими стебельками и говорил сам себе: “Еще немного, еще чуть-чуть, еще шажок, еще один, только бы дотянуться до верхней рамы…” Он полз и мечтал о том, как цветы облегченно вздохнут, радостно наслаждаясь тенью, которую он им подарит. А больше всего он думал об Азалии.

Когда днем пришла Мария и с лейкой в руках подошла к своим питомцам, она ахнула от изумления, чуть не выронив из рук лейку с водой. Высоко поднятые стебли Плюща закрыли Азалию и другие цветы от палящих лучей полуденного солнца. Азалия сияла зеленой свежестью, как когда-то зимой, когда Мария только купила ее. Мария все поняла и с восхищением стала наблюдать за стебельками Плюща, снизу доверху закрывшими своими нежными зелеными листочками весь угол окна. Стебельки Плюща теперь первыми принимали на себя удары горячих лучей, и сквозь них в комнату легко струился мягкий солнечный свет. Герань, Цикламен, Декабрист, Хризантема вздохнули с облегчением и приподняли свои головки, благодарно шелестя листочками. А больше всех радовалась Азалия. Мужественный Плющ своими стебельками нежно касался ее, и они о чем-то шептались. Мария обильно полила Плющ и подумала: “Надо поливать его больше, ведь он так нужен моим цветам!”

Автор: Л. В Скребцова

Плющ
Плющ

Фото: Пасичная Марина

Историческая легенда. “Не доверяй друзьям безгранично, научись использовать врагов”

Историческая легенда

Много веков после падения династии Хань (222 год) в истории Китая повторялась одна и та же модель жестоких и кровавых переворотов, следовавших один за другим. Представители армии сговаривались убить слабого императора, заменяя его затем на Троне Дракона сильным военачальником, который основывал новую династию, коронуя самого себя императором. Чтобы обеспечить свою безопасность, ему, конечно, приходилось убивать некоторых приближенных военных. Через несколько лет, однако, ситуация повторялась: новые военачальники, в свою очередь, устраивали заговор и убивали его и его потомков. Быть императором Китая означало быть одиноким человеком в окружении сонма врагов – наименее могущественной и уязвимой фигурой в своем государстве.

В 956 году генерал Чжао Куан-инь стал императором Суном. Он знал о том, что, вероятно, будет убит через год-другой. Как можно сломать существующий стереотип? Став императором, Чжао велел устроить пир в честь новой династии и пригласил на него самых могущественных военачальников. Когда было выпито много вина, он выгнал стражу и всех гостей, кроме военных, которые испугались, что сейчас будут убиты. Вместо этого он обратился к ним:

– Все дни я провожу в страхе, меня не радует застолье, нет мне покоя и ночью. Ибо который из вас не мечтает взойти на трон? Я не подвергаю сомнению вашу преданность, но, если вдруг случится, что ваши подчиненные, стремящиеся к власти и богатству, силой заставят вас надеть, в свою очередь, желтый халат императора, как сможете вы отказаться?

Опьяневшие военачальники в страхе за свою жизнь уверяли, что они ни в чем не виноваты и лояльны. Но император Сун рассуждал иначе:

– Что может быть лучше жизни в мирных условиях, богатстве и почете? Если вы согласны отказаться от занимаемых постов, я готов предоставить вам прекрасные имения и великолепные дворцы, где вы будете наслаждаться жизнью в обществе музыкантов и красивых спутниц.

Изумленные военачальники осознали, что вместо жизни, полной тревог и борьбы, император Сун предлагал им богатство и безопасность. На другой день все они подали в отставку и с почестями удалились в имения, пожалованные им императором.

Одним ударом Чжао превратил стаю “дружелюбных” волков, которые, скорее всего, предали бы его, в стадо покорных ягнят, далеких от власти.

В течении последующих лет император Сун продолжил свои усилия по обеспечению безопасности правления. В 971 году князь Лю из южных Ханей капитулировал после многих лет бунтов и восстаний. К изумлению Лю, император предоставил ему должность при императорском дворе и пригласил во дворец, чтобы скрепить вином новый дружеский союз. Принимая чашу, предложенную ему императором Суном, Лю колебался, опасаясь, что в вине окажется яд. Он простонал:

– Ваш раб безусловно заслуживает смерти за свои преступления, и все же я умоляю Ваше Величество о даровании жизни. Видите, я не решаюсь выпить это вино.

Император Сун рассмеялся и сам выпил вино, взяв из рук Лю чашу. Яда в ней не было. С той поры Лю стал его самым верным и преданным другом.

Вместо того, чтобы опираться на друзей, император Сун одного за другим превращал врагов и противников в самых надежных союзников. В то время, как охваченных ревностью друг ожидает новых и новых милостей, эти бывшие неприятели не ждали ничего, а получили все. Человек, избежавший гильотины, на самом деле испытывает благодарность и пойдет на край света ради своего избавителя. Со временем прежние враги стали для императора верными друзьями.

Историческая легенда. “Никогда не затмевай господина”

Историческая легенда

Никола Фуке, министр финансов в первые годы царствования Людовика XIV, был щедрым человеком, обожавшим блестящие балы, красивых женщин и поэзию. Еще он любил деньги, поскольку его образ жизни требовал расточительности. Фуке был умен и совершенно незаменим для короля, так что, когда в 1661 году скончался первый министр, Джулио Мазарини, министр финансов мог ожидать, что станет его приемником. Однако король решил упразднить пост министра финансов. По этому и другим признакам Фуке заподозрил, что выходит из фавора, и решил постараться заслужить милость короля, устроив самый пышный праздник из всех, когда-либо виденных миром. Формально торжество посвящалось празднованию окончания строительства замка Фуке, Во-ле-Виконт, но истинной целью было воздать почести королю.

На празднике собрались самые блестящие вельможи Европы и лучшие умы своего времени. Праздник начался великолепным обедом из семи перемен, особое место заняли блюда восточной кухни, ранее неизвестные во Франции, а также необыкновенные кушанья, приготовленные специально для этого вечера. Обед сопровождался музыкой, написанной по заказу Фуке в честь короля.

После обеда гостям предложили прогулку по саду. Цветники и фонтаны замка Во-ле-Виконт впоследствии послужили источником вдохновения при создании Версаля.

На берегу канала был организован красочный фейерверк, а после этого всем была представлена пьеса Мольера. Праздник продолжался всю ночь, присутствующие единодушно называли его самым небывалым и удивительным.

На другой день Фуке был арестован капитаном королевских мушкетеров. Три месяца спустя он предстал перед судом по обвинению в воровстве из государственной казны. (В действительности большая часть украденного им была взята из казны именем короля и с разрешения короля.) Фуке был признан виновным и заключен в самую изолированную тюрьму Франции, расположенную высоко в Пиренейских горах, где и провел последние 20 лет жизни в одиночестве.

Людовик ХIV,  Король-Солнце, был высокомерным и надменным человеком, он всегда стремился быть центром внимания и не мог позволить кому-либо перещеголять его в роскоши, тем более собственному министру финансов. На смену Фуке Людовик поставил Жана Батиста Кольбера, человека известного своей скупостью и самыми тусклыми приемами в Париже. Кольбер удостоверился, что деньги идут из казны прямо в руки Людовика. На эти деньги Людовик выстроил дворец, даже более великолепный чем замок Фуке, – знаменитый Версльский дворец. Он пригласил тех же архитекторов, декораторов и садовников. В Версале Людовик устраивал празднества, по роскоши и блеску превосходившие тот, за который Фуке заплатил свободой.

Легенда о демиургах и человеке.

Демиург Мазукта застал своего друга демиурга Шамбамбукли за работой: тот сидел на корточках посреди кукурузного поля и старательно благословлял каждую кукурузину.
-Ты очень занят?- спросил Мазукта.
-А у тебя что-то важное?
-Да нет, просто проведать решил.
-Тогда подожди, я сейчас.
Мазукта отошел в сторонку, сорвал несколько початков, очистил и принялся не торопясь обгрызать мягкие зерна. Рассчет оказался верным: третий и последний початок закончился как-раз к тому моменту, когда Шамбамбукли завершил работу и подошел поприветствовать друга.
-Кто тут живет?- спросил Мазукта, небрежно кивнув на фермерский домик возле поля.
-Люди, конечно,- ответил Шамбамбукли.- Муж, жена, трое детей. А что?
-Он твой Иов?
-Как-как?..- опешил Шамбамбукли.- Кто?
-Иов,- терпеливо повторил Мазукта.- У каждого демиурга есть свой Иов. Это он?
-Его зовут совсем не так,- растерянно произнес Шамбамбукли. Мазукта в ответ насмешливо фыркнул.
-Шамбамбукли! Иов – это не имя собственное. Это даже не имя нарицательное. Иов – это профессия. Ну, вроде “козла отпущения”.
-А кто такой “козел отпущения”?
-Это… эээ… Неважно. Мы не о нём сейчас говорим. Иов – это такой специальный человек, которому ты вроде бы сначала благоволишь, а потом – раз!
-Что “раз”?!
-Ну, что-нибудь нехорошее. Пакость какую-нибудь.
-А зачем?
-Что значит, зачем?! Он же Иов! У него работа такая, сносить от тебя удары судьбы!
-Не понимаю,- признался Шамбамбукли, помотав головой.- Объясни еще раз.
-Ладно.- Мазукта с шумом выдохнул и помолчал несколько секунд.- Попробую. Когда я увидел, что ты батрачишь на чужом поле, то сразу подумал: “это неспроста! Наверное, хозяин поля – его Иов.”
-Да кто такой этот Иов?!- перебил Шамбамбукли.- Зачем он вообще нужен?
-Для воспитательного примера!- наставительно произнес Мазукта.- Понимаешь, когда человеку сначала очень хорошо, а потом вдруг, ни за что ни про что, очень плохо – он непременно начинает возмущаться. И вот тут-то выходишь ты и ставишь его на место: не твоего, мол, ума дело, кого и за что я наказываю, а кому чего даю. Я дал, я взял, и сам ты – игрушка в моих руках. А другие люди потом читают эту историю и делают свои выводы. И когда на них самих начинают сыпаться шишки, то уже не ропщут. Понятно теперь?
-Нет.
-Что тебе непонятно?
-Почему на людей должны сыпаться шишки? Если я им желаю только добра?
-Ну мало ли!- пожал плечами Мазукта.- Может, тебе захочется поразвлечься…
-Поразвлечься?..
-Ну да. Или ты вдруг к ним охладеешь… Скажем, надоест тебе возиться…
-Надоест?!- ужаснулся Шамбамбукли.
-Ну, это я для примера,- отмахнулся Мазукта.- Неважно. Разные обстоятельства бывают. И вот тут-то люди вспоминают про Иова, которому было гораздо хуже – и им сразу становится легче жить.
-Тогда, может, я им про твоего Иова раскажу?- осторожно спросил Шамбамбукли.
Мазукта задумался. Потом вздохнул и покачал головой.
-Нет, не выйдет. Про моего они не поверят. У нас с тобой… скажем так, разные методы. Придется тебе своего собственного завести. Да вот хотя бы этого,- он снова кивнул на фермерский домик.- Давай его помучаем?
-А может, не надо?- спросил Шамбамбукли.- Он мне нравится.
-Чем это, интересно?
-Нуу… у него правильный подход к жизни. Он никогда не опускает руки.
-Ха!- фыркнул Мазукта.- А с чего бы ему их опускать, когда всё идёт замечательно? А вот мы ему сейчас подкинем неприятностей, живо роптать начнет!
-Не начнет. Ты его не знаешь.
-А ты меня не знаешь! Смотри и учись.
Мазукта щелкнул пальцами, и на поле тут же опустилась стая саранчи.
-Ну? Что на это скажет человек?
-Он сказал “неурожай”.
-Ладно же. Смотри дальше.
Вспыхнул факелом амбар фермера, и все запасы сгорели дотла.
-Ну, а что теперь?
-Он строит новый амбар и возобновляет запасы.
Мазукта нахмурился, и второй амбар сгорел как и первый.
-Человек вырыл погреб,- сообщил Шамбамбукли.
-Так, да..? Ну ладно же!
Мазукта засучил рукава, и обрушил на человека новые несчастья: корова сдохла, лошадь угнали, сарай рухнул, поле залило наводнением, дом вместе со всем имуществом унесло в реку. Человек крепко задумался. Отрыл землянку, одолжил у соседа лошадь, устроился батрачить; жена стала давать уроки по домоводству, а старший сын пошел пасти гусей.
-Он скоро начнет роптать?!
-Он не начнет,- заверил Шамбамбукли.- Такой уж человек.
-А вот посмотрим, какой он там человек!
Ураган разметал землянку и унес всю семью фермера.
-Ну?..
-Он отправился на их поиски.
-Тогда подкинем ему неопровержимые свидетельства их гибели!
-Он устроился разнорабочим в городе.
-Ах так?! Пусть на фабрике случится авария и ему оторвет руку! Много он тогда наработает?..
-Он стал истопником.
-И не спился?
-Пока нет.
-Ну хорошо же! А теперь у него отнимутся обе ноги…
-Он стал писать новеллы. И делает упражнения, чтобы снова начать ходить.
-Да что ж это такое?! Тогда паралич! Полный!
-Он диктует свой новый роман сиделке.
-А тогда…
-Мазукта!
-Что?
-У него нечего больше отнимать.
-Как-нечего? Речь, рассудок…
-Не дури. Верни всё как было.
Мазукта со свистом выпустил воздух сквозь стиснутые зубы, сосчитал до десяти, и устало махнул рукой.
-Ладно. Он выздоровел, нашел свою семью, выиграл в лотерею миллион, купил протез и новую ферму. Доволен?
-Угу,- кивнул Шамбамбукли.- Теперь ты понимаешь, почему этот человек мне так нравится?
-Да, но всё-таки, почему он не ожесточился? Не стал возмущаться?
-Я же тебе говорил, он так воспитан. У него правильный подход к жизни.
-Да плевать! Какой бы ни был подход, но должен же человек в конце концов возроптать, если ему демиург постоянно устраивает гадости!
-А, это…- Шамбамбукли замялся.- Забыл тебе сказать. Он никак не мог роптать на своего демиурга. Видишь ли, этот человек в меня не верит…

Историческая легенда. “Разрушительнее произносить глупости, нежели совершать их”

Историческая легенда

При дворе Людовика ХIV аристократы и министры проводили дни и ночи в дебатах о проблемах государства. Они совещались, спорили, заключали и расторгали союзы, снова спорили, пока не наставал решающий момент: избирались двое из их числа, чтобы представить мнения сторон самому Людовику, который должен был принять окончательное решение. После того как двое были избраны, споры возобновлялись: как сформулировать доклады? Что произведет на Людовика впечатление, а что ему не понравится? В какое время дня лучше обратиться к нему и какой уголок Версальского дворца избрать для этого? Какое выражение должно быть на их лицах?

Когда наконец все было решено, наступала важная минута. Два избранника приближались к Людовику – это само по себе требовало тонкости и деликатности – и, завладев его вниманием, заговаривали о своем деле подробно, приводя различные доводы.

Людовик выслушивал молча, сохраняя на лице загадочное выражение. Когда оба заканчивали говорить и ждали ответа короля, он, обращаясь к ним обоим, отвечал:

– Я подумаю.

С этими словами он удалялся.

Впоследствии ни министры, ни придворные больше не слышали от короля ни слова об интересующем их предмете – они просто видели результат, когда позже, порой спустя недели, король принимал решение и действовал. Он никогда не утруждал себя повторными обсуждениями вопроса.

Людовик XIV был очень немногословен. Ему принадлежит знаменитое “Государство – это Я”. Трудно высказаться более лаконично и выразительно. Его печально известное: “Я подумаю” – очень короткая фраза, которой он отвечал на все вопросы и обращения.

Не всегда Людовик был таким; в юности он любил поговорить, упиваясь собственным красноречием. Позже он научился быть молчаливым, навязал себе эту маску, чтобы никому не дать вывести себя из равновесия. Никто не знал наверняка своего положения, никому не удавалось предсказать реакцию короля. Никому не удалось бы обмануть Людовика, нашептывая ему то, что он хотел услышать. Вынужденные подолгу высказываться перед хранящим молчание Людовиком, просители невольно все больше и больше раскрывались перед ним, а это король впоследствии мог использовать против них.

Наконец молчание Людовика помогало ему держать всех в страхе и подчинении. Это было одной из основ, на которых покоилось его могущество. Сен-Симон писал: “Никто лучше его не знал цену своим словам, своей улыбке, даже вскользь брошенному взгляду. Все в нем имело ценность, потому что он мог влиять на ход вещей, и его величие усугублялось его немногословием”.

Историческая легенда. “В любви, как на войне – скрывай свои намерения”

Историческая легенда

В течении нескольких месяцев Нинон де Ланкло, французская куртизанка XVII века, пользовавшаяся самой дурной славой, терпеливо выслушивала рассказы маркиза де Севиньи о его стараниях завоевать прекрасную, но недоступную юную графиню. Нинон, которой к тому времени минуло шестьдесят два года, была, как никто, искушена в вопросах любви в отличие от двадцатидвухлетнего маркиза, привлекательного, энергичного, но не имевшего никакого романтического опыта. Вначале Нинон забавляли рассказы маркиза о его ошибках, но в конце концов это ей наскучило. Не терпевшая глупости и неловкости ни в чем, и уж менее всего в завоевании женщины, она решила взять юнца под свою опеку. Прежде всего ему следовало понять, что начинается война и прелестная графиня – не что иное, как крепость; чтобы сломить ее сопротивление, необходима военная хитрость. Каждый шаг нужно было планировать и воплощать с максимальным вниманием к деталям и нюансам.

Обсуждая с маркизом начало военных действий, Нинон велела ему, подходя к графине на близкое расстояние, сохранять безразличный вид. В следующий раз, учила она, оставшись наедине с графиней, маркизу следует уверить последнюю, что он ей друг, а никак не потенциальный любовник. Это требовалось, чтобы усыпить ее бдительность. Интерес маркиза перестанет казаться графине чем-то, что само собой разумеется, – возможно, подумает она, его интересует лишь дружба с ней.

Нинон разрабатывала следующие этапы плана. Запутав графиню, нужно было заставить ее ревновать. В следующий раз, на большом празднике в Париже, маркиз должен был появиться с красивой молодой спутницей. У нее были не менее прелестные подруги, так что теперь графине предстояло постоянно видеть маркиза в окружении самых блестящих парижских красавиц. Графиня не просто воспылала бы ревностью, она бы увидела маркиза в ином свете – как мужчину, желанного для кого-то. Нинон пришлось потрудиться, чтобы заставить маркиза понять это, но она терпеливо повторяла, что женщина, интересующаяся мужчиной, хочет видеть, что он интересует и других женщин. Это не только сразу же повышает его цену, но и делает процесс завоевания более интересным и приносящим большее удовлетворение.

Теперь, когда графиня должна была начать ревновать и томиться неопределенностью, наступало время для отвлекающего маневра. Следуя указаниям Нинон, маркиз начал пропускать балы и собрания, на которых графиня ожидала его встретить, но зато неожиданно появлялся в тех салонах, где раньше не бывал, но которые часто посещала графиня. Пусть ей не будет удаваться предвидеть его поступки. Все это ввергнет ее в состояние душевного смятения – предвестника капитуляции.

Вначале все шло по плану и заняло несколько недель. Нинон следила за успехами маркиза: от своих шпионов она узнавала, что графиня все громче смеется над его остротами, все внимательнее прислушивается к его рассказам. Ей сообщали, что графиня вдруг начала расспрашивать о маркизе. Друзья рассказывали ей, что на балах графиня ищет маркиза, следуя за ним по пятам. Нинон была уверена, что юная женщина находится во власти ее чар. Теперь все решали недели, может быть, месяц-другой, но все шло по плану и крепости предстояло пасть.

Спустя несколько дней марких был с визитом у графини. Они остались наедине. Вдруг он совершенно изменился: повинуясь на сей раз собственному порыву, забыв о поучениях Нинон, он схватил руку графини и признался ей в любви. Женщина была смущена – он ожидал другой реакции. Она стала холодно любезной. В продолжении вечера она старалась не встречаться с ним глазами, а вскоре извинилась, пожелав ему доброй ночи. Когда он приходил к ней с визитом, ему отвечали, что ее нет дома. Когда наконец она снова согласилась встретиться, оба чувствовали неловкость и не могли найти верный тон. Действие чар окончилось.

Нинон де Ланкло было известно все об искусстве любви. Величайшие писатели, мыслители, политики того времени были в числе ее любовников – назовем хотя бы Ларошфуко, Мольера, Ришелье. Когда она стала старше и ее известность росла, лучшие семьи Франции отправляли к ней своих сыновей ля обучения науке любви.

Нинон было известно, что при всей непохожести мужчин и женщин их реакция на попытки обольщения обычно одинакова: в глубине души они чувствуют, что подвергаются соблазну, но уступают, так как им приятно чувствовать себя ведомыми. Это удовольствие – отпустить поводья, расслабиться, позволить другому человеку увлечь себя в неведомые края. Все в искусстве обольщения, однако, держится на недомолвках. Нельзя открывать свои намерения, прямолинейно облекать их в слова. Вместо этого вы должны сбивать свои жертвы со следа. Чтобы они покорно следовали за вами, их нужно смутить и запутать. Нужно подавать ложные сигналы: делать вид, что вас интересует другой мужчина или женщина (подсадная утка), скрывать свой интерес к жертве, разыгрывать безразличие и так далее. Такое поведение не только сбивает с толку, но и возбуждает сильнейший интерес.