Легенда. Театральность в делах общественных

ноября 18, 2012 |  
Рубрика: Легенды

Легенда. Театральность в делах общественных

Историческая легенда

Гай Юлий Цезарь

Гай Юлий Цезарь

Юлий Цезарь оставил свой первый значимый след в общественной жизни Рима в 65 году до н. э., когда исполнял должность эдила, официального лица, надзиравшего, помимо прочего, за общественными играми. Он начал с того, что организовал серию тщательно подготовленных зрелищ — охоты на диких зверей, пышных гладиаторских боев, состязаний театральных актеров. По цело­му ряду причин он оплачивал эти представления из собственного кармана. У простых людей его имя вскоре стало прочно отождествляться с этими весьма любимыми в народе развлечениями. По мере того как он неторопливо продвигался, заняв пост консула, популярность в массах служила отлич­ным фундаментом его власти. Говоря современным языком, он создал себе имидж грандиозного шоумена.

В 49 году до н. э. Рим находился на грани гражданской войны из-за соперничества двух лидеров — Цезаря и Помпея.

В момент наивысшего напряжения Цезарь, поклонник сиены, отправился в театр на представление, а затем, погруженный в раздумья, возвращался в темноте в своп лагерь на берегу реки Рубикон, отделявшей Италию от Галлии. Перейти со своей армией реку и оказаться на италийском берегу для Цезаря означало начало его войны с Помпеем.

В присутствии сопровождавших его друзей и слуг Цезарь проговаривал вслух оба варианта, приводя доводы “за” и “против”, словно актер на сиене, прообраз Гамлета. В конце концов, подводя свой монолог к завер­шению, он указал на фигуру на берегу ре­ки — очень высокого солдата, который сыграл сигнал на трубе, а затем перешел мост через Рубикон и произнес: «Примем эmo как знак от богов  и последуем туда, куда они призывают нас, к отмщению нашим двуличным врагам. Жребий брошен!»

Эти   слова   сопровождались   театральным жестом, указывающим в сторону реки, при этом Цезарь смотрел на   своих соратников. Он знал, что они колебались, поддержать ли им его, но его красноречие поразило   их   и   позволило   ощутить   драматизм происходящего. Более прозаическая речь, возможно,   не  возымела   бы  такого  эффекта, Соратники приняли сторону Цезаря. Вместе со своей армией он перешел Рубикон и на   следующий   год,   победив   Помпея,   стал диктатором Рима.

В качестве полководца Цезарь был великолепен, идеальный командир. Он держался в седле лучше своих воинов и гордился тем, что превосходил их в мужестве и выносливости. Он вступал в битву в самые трудные   и   напряженные   моменты,   так   что солдаты  видели  его  в   гуще  сражения.  Он звал их за собой, всегда оказываясь в центре,   богоподобным   символом   мощи   и   образцом для подражания. Из всех армий Рима армия Цезаря была преданной и верной. Его солдаты, подобно простому люду, восторгавшемуся Цезарем, стали отождествлять себя с ним и считать его дело своим.

После поражения Помпея развлечения стали еще более дорогостоящими и пышными. Ничего подобного Рим раньше не видел. Гонки на колесницах стали более великолепными, гладиаторские бои — более драматичными, поскольку Цезарь устраивал для римской знати бои со смертельным исходом. Он инсценировал масштабнейшие театрализованные морские сражения на искусственном озере. Театральные представления разыгрывались б в каждом районе Рима. На живописном склоне Тарпейской скалы был построен гигантский новый театр.

Зрелища привлекали целые толпы, которые   стекались   со   всей   империи.   Дороги,

ведущие к Риму, пестрели палатками зрителей.  И в 45 году до н. э., приурочив к своему входу в город  огромнейшее  количество  эффектов и сюрпризов, Цезарь, завершив свою Египетскую кампанию, поставил еще больше пышных публичных спектаклей.

Эти представления были чем-то боль­шим, чем увеселение масс; они способствова­ли тому, что образ Цезаря в глазах народа казался более масштабным, величественным, чем он был в реальной жизни.

Цезарь мастерски лепил свой образ, всегда заботился и о своей внешности, придавая ей первостепенное значение. Появляясь перед толпой, он непременно надевал великолепные   пурпурные   тоги.   Он   был   величествен, как никто другой. Он ревностно заботился о своем внешнем облике — поговаривали,   что   одной   из   причин,   по   которой   ему нравились  почести,  воздаваемые  сенатом  и народом, была возможность надевать поэтому поводу лавровый венок, прикрывающий его лысеющую  голову.  Цезарь  был  незаурядным оратором. Он умел сказать многое в немногих  словах, интуитивно чувствуя,  когда завершить  свою  речь, чтобы достичь максимального эффекта. Он никогда не забывал об интонациях — потрясающие заявления, с которыми он обращался к народу, усиливали театральность его выступлений.

Цезарь был невероятно популярен и любим римским народом, но соперники ненавиде­ли и боялись его. Во время мартовских ид — l5 марта 44 года до н. э. — группа заговорищков, возглавляемая Брутом и Кассием, окружила   его   в   сенате,   и   он   был   убит многочисленными ударами ножа. Даже умирая, однако, он не утерял своего чувства театральности: он закрыл голову плащом, а нижним краем одежды прикрыл ноги, позаботившись о том, чтобы и мертвым иметь достойный вид. Римский историк Светоний сообщал,   что   eго   последними   словами,   oбращенными   к  старому  другу   Бруту,  которым собирался нанести второй удар, были произнесены   на   греческом,   как   если   бы   Цезарь репетировал финал пьесы: «И ты, дитя мое?» (по Плутарху: «И ты, Брут?»).